Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

надпись на самом верху забора



Сотовые человечки не имеют никакого отношения к телекоммуникациям. Надо не забывать, что соты придумали вообще-то пчелы. К пчелам сотовые человечки тоже не имеют особенного отношения.

Сотовый человечек отличаются от обычных, стационарных человечков тем, что хотя у него и есть дом и даже регистрация по месту пребывания, во множестве других мест он чувствует себя также вполне как дома. Ну, если не совсем как дома, то почти. Как в роуминге, если хотите.
Collapse )

О НЕЛЮБВИ, ПОРТФЕЛЕ И АЛЬПИЙСКОМ РОЖКЕ

Познакомился случайно в трамвае в Цюрихе с уроженкой Донецка, семь лет прожившей замужем за швейцарцем. В трамвае особо не разобщаешься, потому как почти всегда скоро выходить, но удалось таки услышать рассказ на любимую русскую тему - "за что ОНИ нас":
"Они тут совершенно не привыкли к проблемам. И если случается мало-мальская проблема - сразу впадают в транс. Ну а нам-то к проблемам не привыкать. И это наше отношение к невзгодам их просто выбешивает.
Вот недавно сын мой шел из школы. Пришел домой, а портфеля нет. Он у меня немного сам по себе, а портфель у него - тоже сам по себе. Пришел домой, и куда мог портфель деться, без понятия.
У мужа сразу надрыв.
- Вот, - кричит, - теперь придется новый портфель покупать!
Я говорю:
- Может рано покупать, а попробовать найти?
У мужа ступор. Ему и в голову не пришло, что можно попробовать портфель найти. У них такой связи даже не возникает, что если вещь была, и ее нет, то можно искать. Если нет нужной вещи - значит, надо покупать, и никак иначе.
Пошли искать портфель. Сын тоже наполовину швейцарец. Где был, с портфелем ли, ничего не помнит. Но нашли. Спросили людей, те сказали, что да, видели портфель, на скамейке лежит.
- Так ты еще и на скамейке сидел?
Не помнит. Пришли домой с портфелем, муж страшно разозлился оттого, что сам не додумался, что портфель можно искать. Целый вечер пыхтел."
На этом месте рассказа трамвай подъехал к вокзалу, где мне нужно было выходить. Поэтому додумывать концепцию про разницу между русским и швейцарским народами по части отношения к проблемам мне пришлось самому.
Действительно, на первый взгляд так всё выглядит, что жизнь русского человека состоит из непрерывного создавания себе и окружающим разнообразных проблем и последующего их решения. Иногда топорного, а иной раз с проявлением вычайших форм житейской мудрости.
В этом смысле мы коренным образом отличаемся от швейцарских людей. Те так обустроили свое бытие, что в нем всё скучно и банально соответствует своему назначению, и запросто можно в таких стерильных условиях утратить навык терпимости и преодоления.
В концепцию не вмещался единственно альпийский рожок. Такая национальная швейцарская дудка шести метров длиной, которая представляет собой целый комплекс бессмысленных проблем. В трамвай с ней не войдешь, в такси не сядешь. Даже в обычном многоквартирном доме с такой дудой не поселишься, потому как домой её пришлось бы доставлять краном через окно.
Причем известно, что высота звука зависит только от объема, а не от формы трубы. На примере тубы или геликона это вполне наглядно - можно свернуть басовую трубу в спираль, и от этого она не перестаёт гудеть и басить. Но швейцарцев эта изогнутость не устраивает, им надо, чтобы непременно была прямая шестиметровая труба.
Русский народный музыкант со своими ложками, кувиклами и  "сделаю с березы три гудочка, четвертую балалайку" выглядит гораздо практичнее швецварца с его альпийском рожком.
Картину тут не смог испортить даже известный изобретатель русских народных инструментов Андреев, породивший басовую домру. С басовой домрой вполне можно жить и перемещаться - совсем не так, как с альпийским рожком.
Чтобы как-то запихнуть шестиметровый рожок в концепцию беспроблемной швейцарской жизни мне пришлось придать ему свойство своего рода вакцины, которой швейцарцы из поколения в поколения прививаются, чтобы не впадать в ступор при встрече с какой-нибудь настоящей трудностью.

АПЕЛЬДООРНСКИЙ ЛЕС


Дворник задумчиво  вылавливал из канала лепестки магнолий. Делал он это с помощью мощного  насоса, могущего всосать в себя целые горы мусора, шариков и бутылок - всего того, что плавает по рекам и каналам иных городов после демонстраций и массовых гуляний.
Но в этом городке дворнику с его техникой явно негде было развернуться - в водах канала не наблюдалось ничего инородного, кроме маслянистых розовых лепестков, осыпавшихся с голых деревьев.
Шарманщик расхаживал вокруг своей шарманки, потрясая жестяным стаканчиком для сбора денег. Крутить ручку не было нужды, поскольку механизм шарманки приводился в движение бензиновым мотором.В Амерсфоорте я уже бывал лет 20 назад. Тогда у меня была концепция днем играть музыку на улицах разных мелких городов, а ночью непременно спать в лесу. Такой модус вивенди была успешно проверен в разных больших и малых странах. Возле всякого европейского городка непременно должен быть лес, до которого от центральной площади около получаса ходьбы пешком.
Ну может, не то чтобы дремучий лес. Пусть даже такой, как бывает в Дании, с табличкой у входа, что тут можно ходить только с 8 утра до 10 вечера и только по дорожкам - но хоть какой-нибудь лес должен быть.
По приезду в Голландию первым делом я обнаружил, что найти подходящего размера чащу, из которой ноги не высовывались бы в поле и не свисали с берега канала, совсем не просто.
Купил в Амстердаме абонемент на поезд и стал колесить по стране в поисках подходящего леса для спанья.
Проехал час от Амстердама до Роттердама мимо Гааги и Гарлема - ничего. Нет леса. Из Роттердама другой дорогой через Утрехт обратно в Амстердам - то же самое. Леса нет.
Каналы, шлюзы, мельницы в изобилии. Поля, на которых пасется всякая живность от банальных коров и овец до буйволов и страусов - тоже. Домики с соломенными крышами, населенные настоящими крестьянами в деревянных башмаках - везде, куда не бросишь взгляд. Шарманщики, у которых шарманки снабжены двигателями внутреннего сгорания, и не надо крутить ручку - тоже регулярно встречаются. В общем, все почти что есть, кроме столь необходимого мне тогда леса.
Но в конце концов нашел возле ничем не примечательного городка Апельдоорн вполне приличный, человеческий лес. Даже без таблички, сообщающей, что ходить в нем можно только по тропинкам. Лес раскинулся до самого Амерсфоорта, 10 минут езды на поезде.
В апельдоорнском лесу я узнал, что в Голландии, несмотря на мягкий океанический климат и начинающееся в марте цветение дерев, ночью может быть мороз.
Я наловчился, ежечасно просыпаясь от холода, не высовывая носа из спальника, греться разными физическими упражнениями. А потом садиться в первый утренний поезд и досыпать в нем, катаясь через всю страну и обратно. Голландия проезжается с востока на запад за два часа, а с юга на север за три.
Вечером, перед тем, как отправиться в апельдоорнский лес, я читал для поднятия духа немного Ницще, купленного на фломаркте за один гульден - главу, где Заратустра, побывав в деревне и прочитав там лекцию, вернулся на свою гору, сидел там довольный, и вдруг увидел деревенского юношу.
- Учитель! - Обратился к нему продрогший и несчастный юноша. - Я послушал тебя, и поднялся сюда, но тут мне так холодно и одиноко. Почему тут так плохо?
- Потому, что ты еще недостаточно свободен, друг мой, - ответил ему закаленный Заратустра.
Я читал это и шел в лес. В лесу я страшно мерз, но к собственному удивлению, ни разу не заболел.
Той холодной весной 94-го года я прожил в кущах между Апельдоорном и Амерсфоортом почти месяц, пока не подружился с арнемскими пезанами, которые разрешили мне пожить у них на конюшне. Там мне даже довелось видеть, как рожает лошадь.

С мешком мусора во Францию



Ехал на электричке из Женевы в Гренобль. И только переехали французскую границу, девушка одна встала в проходе на голову и простояла так почти до самого Бельгарда, это от Женевы полчаса. Я решил, что у нее пост-швейцарский синдром. Collapse )

Пиктограмма



На пиктограмме - некая емкость, в которая лежат: шкурка от банана, бутылка, нечто вроде банки из-под пива. Надо всем этим нависает человеческая рука. Пиктограмма перечеркнута красной чертой. Распространена в швейцарских поездах и обозначает, что указанная емкость - не мусорное ведро, и бросать в нее изображенные предметы не следует.

И вот она мне все время казалась какой-то неправильной, эта пиктограмма. Причем встречается очень похожая в итальянских "красных стрелах", которые носятся со скоростью 360 километров в час - с ней все в порядке.
Collapse )

Первым классом в Неаполь



Бардак на итальянских железных дорогах иногда оборачивается бонусом
для маленького человека - мне по ошибке дали место в первом классе, и
даже всю дорогу от Милана до Салерно отсюда не выгнали, а наоборот -
кофей подносили, газеты для чтения...
Collapse )

Апельсины и император



Был сегодня в городе Ивреа. А независимо от меня еще сегодня был юбилей объединения Италии - 150 лет.
В Иврее по этому поводу военный мини-парад, а за ним вполне советская демонстрация. Это когда впереди оркестр марширует, а за ним граждане с флажками. Граждане при этом всем довольны и ничего не требуют. На несоветских демонстрациях обязательно должны требовать: долой, или повышения.
Collapse )

Из Сиракузы в Рагузу



Железнодорожники на вокзале в Сиракузе еще более творческие, чем в
Катанье. Возможно, им иначе и никак, потому что станция тупиковая -
дальше море, за которым Африка. На конечной станции запутать граждан
гораздо сложнее, потому что поезда отъезжают только в одну сторону, и
к тому же долго стоят.
Collapse )

Моя любимая Ж.Д.



Моя любимая Ж.Д. называется "ЧИРКУМВЕЗУВИАНА". Это частная одноколейка-узклколейка, соединяющая Неаполь и Сорренто. Одинокая и узкая колея ее петляет между трущоб и мусорных куч Неаполя и Эрколано, и минуя помпейскую Виллу Мистерий, продолжает огибать Везувий, пробираясь между бесконечными садами, в которых произрастают соррентийские лимоны, поражающие приезжих своими размерами и бессмысленной, пуленепробиваемой толщиной шкурки.
Двухвагонный, видавший виды Неаполитанского залива поезд раскачивается на поворотах, как маятник. Почти касаясь окон вагонов, колыхается развешанное вдоль дороги знаменитое неаполитанское белье, качаются на ветках в полуметре от поезда тяжелые, солидные лимоны.
Ужасно живописно, но главное то, что у маленькой железной дороги есть своя собственная гордость - по ее узким извилистым рельсям ходят туда-сюда поезда только двух категорий: diretto и direttissimo, стало быть - "прямые" и "прямейшие".




Collapse )