Владимир Нахимов

Снимался в кино. Такое квазидокументальное кино, в котором место настоящее, и история почти настоящая, но только по скудности бюджета и ряду факторов настоящих персонажей не хватало, и пришлось их заменять вымышленными. История некого купца Л., с которым в конце девятнадцатого века случилось что-то, как с Абрамовичем - внезапно из лавочника превратился он во владельца заводов, газет, пароходов. И было там некое Кольцо Силы, которое досталось ему волею судьбы от Петра Первого. Ну и остался после него клад. Деревня, где он жил, настоящая, и клад этот взаправду ищут - местные жители жалуются, что у них уже там вся округа перекопана кладоискателями.
Режиссер там была, и местную бабушку спрашивала:
- Как вы тут живете?
Бабушка задумчиво смотрела по сторонам и махнув направо с местным окающим акцентом отвечала:
- Ну там-тО пьют...
А глядя налево ничего не говорила.
Я же в кино изображал краеведа. Текст мой был небольшой, но как ни старался, два словосочетания из него так и не научился выговаривать: "жемчужина вытигрского ансамбля..." и "единая величественная композиция необычайной художественной силы".
В конце концов съемочное руководство согласилось, что настоящий говорящий человек такими словами не выражается, и обошлись без них.
А пару дней спустя обнаружил, что весь свой текст я напрочь забыл, кроме этих двух фраз. И теперь разбуди меня среди ночи и спроси, я без запинки произнесу и про вытигрский ансамбль, и про необычайную силу.
К чему такая способность дана человеку?

Слушаю поутру, как мне свойственно, по радио французские новости, кофей попиваю.
Комментатор Гильем Дельтей рассказывает про трех африканских президентов, у которых проблема. Она состоит в том, что под давлением разных неправительственных организаций французы строят им козни и не дают скупать во Франции собственность на деньги, которые они уворовали у своих соответственно габонского, конго-браззавильского и экваториально-гвинейского народов.
И вдруг Гильем начинает смеяться, да так, что не может остановиться до конца передачи. Его и музыкой перебивают неоднократно, и коллега его Наташа Веснич серьезным голосом говорит - ничего не помогает. У Гильема истерический смех.
По сети гулял аналогичный юморизм про спортивного обозревателя, комментировавшего борьбу сумо, и тоже не могшего перестать смеяться, но это была шутка юмора, а тут на самом деле. Не какая-нибудь ерундовская радиостанция, а RFI, лицо, можно сказать, французской страны. И на дворе всего лишь Хэллоуин, а не первое апреля.
Французский, признаться, не самый лучший мой язык, и никак не могу понять, неужели такая смешная история случилась с тремя африканскими президентами, или мосье Дельтея кто-то под столом щекотал.
Я даже текст передачи добыл. Помогите, кто может, разобраться, что случилось.
Вот в этом месте Гильема прорвало:

( Read more... )

Очень меня радует гугловская проверка орфографии.
Например, слово "задумывать" она предлагает заменить словосочетанием "зад умывать".
Тонко, ничего не скажешь. Не надо, граждане, ничего задумывать - умойте зад и сидите тихо, телевизор смотрите.

Существует великое множество причин, из-за которых граница может оказаться на замке. Она даром что длинная, зато щелочки, через которые законопослушному населению положено просачиваться в другие страны - узкие, как переулки средневековых городов.
На границе затор. Человек, чья машина стоит первой, потерял паспорт. Ищет его везде на последних десяти метрах родины, между избушкой таможенника и будкой пограничницы.
Я второй на выезд. Тот, который за мной, подходит, спрашивает, что случилось. Вот, говорю, как нелепо может и странно получиться: проходишь таможенный контроль с паспортом, подходишь к пограничному - нету паспорта, одна только таможенная декларация. Куда, спрашивается, на таком клочке необъятной родины мог паспорт подеваться? И главное, ни туда теперь, и ни сюда. Вперед не пускают, а назад - надо всю очередь сдвигать, развернуться там слишком узко. Граница внезапно на замке.
Тот, который за мной, сначала хихикал - ну вправду, как вот можно таким быть растяпой, чтобы паспорт на границе потерять - а потом вдруг сделал озабоченную мину и полез за бумажником. Должно быть, проверить, не заразился ли он сам недугом паспортотерятельства. Нет, все в порядке, паспорт на месте. Даже два. Один свой, а второй - этого самого растяпы.

А в другой раз видел, как один бедолага прямо у окошка паспортного контроля захлопнул дверь машины с ключами в замке зажигания. Ходил вдоль очереди, спрашивал, нет ли у кого молотка. У меня был. Увесистый такой молоток, цельнометаллический. Уж клотил он молотком по стеклу, колотил - никакого толку. Стекла, должнно быть, бронированные были в его Саабе. Может, Саабы они все такие, шведское качество, но тут же сформулировалась мораль: не только не рой другому яму, но и не бронируйся от него, ибо станешь заложником маленького дурацкого ключика.

Тува же однажды наблюдала, как подъехала к этому самому узкому месту на краю родины молоденькая парочка на Ягуаре. Подошел к ним погранец, спросил что-то. А они вдруг побросали свой Ягуар и бежать прямо в болото. Тогда граница после этого часа четыре на замке была. До сих пор гадаю, что же такое надо у человека спросить, чтобы он свой Ягуар побросал прямо посред КПП и в болото побежал сусанничать?

Прошло два месяца с тех пор, как закрыли Летний сад и я обосновался в Таврическом. В Летнем я насаждал свою малую культурку на фоне больших культурных ценностей, а в Таврическом - на фоне кучи щебня.




Может, оно так даже и лучше - заметнее. Во всяком случае, в Летнем у меня не было никакой группы поддержки, а вТаврическом скоро завелась настоящая фанатка. Моя фанатка позиционирует себя как "Надюха".

Надюха проводит в саду почти все время, поскольку собирает там бутылки. Как только я прихожу в сад, Надюха бросает свои мешки с бутылками  и садится на корточки на авансцене, то есть прямо посреди дорожки, и начинает восторженно комментировать. А если подходит ребенок посмотреть, Надюха сразу его обнимает, как Лев Толстой. Надюха плоховато пахнет и выглядит не очень. Детей это не смущает, чего никак нельзя сказать про родителей.

Помимо Надюхи, в саду есть еще прекрасная сортирщица. Судя по обходительности, в прошлой жизни она была не меньше чем гардеробщицей театров. Свой сортир она защищает от Надюхи и ее друзей с пафосом, достойным стилуса Гомера.

"Чтобы вы трое не смели даже ступать на аллею, на которой находится туалет! - кричит она им и поясняет посетителю,- у меня же сюда ХОДЯТ ДЕТИ, а от этих пьяниц может быть инфекция."

А давеча подходит ко мне Надюха и говорит:

- Можно я тебе положу в шляпу два восемьдесят?

- Да ну, Надюха, - говорю, - они тебе самой пригодятся.

- Мне? - удивляется Надюха. - Да нафига они мне?

На следующий день начались дожди, и я вместо сада пошел гулять на Васильевский остров, где по слухам мне поставили памятник при жизни. Слухи подтвердились - стоит в Музее Кукол на Камской мне памятник. Небольшой правда и не каменный, но вполнее соответствующий масштабам заслуг.




В музее на меня смотрели подозрительно. Я думал, это от понимания, что пришел тот, кому у них памятник стоит. Но уже выйдя оттуда и взглянув на свои штаны, чуть  не потерял спокойствие - белые штаны просто все в какой-то зелено-коричневой жиже. Попал где-то под обстрел газонокосилки, и даже не заметил. Вот что с человеком может случиться, когда он идет смотреть, ему ли памятник.

Тогда я пошел гулять на лютеранское кладбище. Там ко мне подошел человек, который был гораздо чище, чем я, и спросил, не дам ли я ему два восемьдесят.

И тут же захотел объясниться, зачем. Что у него уехала жена, а "Зенит" проиграл, да так нелепо, когда без вопросов должен был выиграть. И вот в результате сложения этих двух факторов нужно ему два восемьдесят на спиртное.

И что вообще по жизни его ничего не интересует, кроме футбола, выпивки и женщин - но это только когда жена уезжает. И что главное, чтобы я не злился, а то часто бывает, что он рассказыват, а другой человек злится, и тогда ему приходится бить его по лицу.

И так он все гнался за мной по кладбищу и это снова и снова рассказывал, что ему ничего не интересно, кроме, и чтобы я только не злился. Потом все-таки отстал, сказал, что не может так быстро идти.

Когда в свое время я узнал, что в изветной всякому советскому кинозрителю фразе "Же не манж па си жур" означает каждое отдельное слово, меня охватил культурный шок. "Что за народ эти франкофоны, - думал я,- даже "не" в простоте сказать не могут, обязательно надо, чтобы было "не - глагол - па". Этому "па" мне удалось найти место в моей подростковой голове только посредством сравнения его с русским "бля".

Антти вернулся в родной Турку на побывку из Парижа. В Париже он работает в интернациональной компании. Финн там он один, а кроме него и французов еще есть индусы и корейцы. 10 индусов занимают одну комнату. Они все время грызут фисташки и бросают скорлупу на пол. Индусов очень не любит уборщица. Когда она заходит к ним в комнату, индусы показывают на пол и говорят: "Вот, скорлупа".
Антти работает в отделе контрактов. Отдел пару месяцев назад переехал, но табличка на двери так и осталась, где была. Теперь комнату с табличкой "отдел контрактов" занимают индусы. Иногда туда по ошибке заглядывает какой-нибудь американец и видит 10 индусов, которые грызут фисташки и бросают скорлупу на пол. Лицо у американца вытягивается. "Я никогда не смогу тут подписать контракт",- думает он.
Когда уборщица заходит в комнату к французам, они все с ней целуются. Это старая уборщица, а еще есть молодая. С ней французы не целуются. Антти спросил французов:
- Почему вы со старой уборщицей целуетесь, а с молодой нет?
- Ну она же такая молоденькая,- ответили французы.
Антти считает поведение французов нелогичным.
Когда Антти только поступил на работу в парижскую интернациональную фирму, ему был прочитан двухчасовой курс о французских особенностях. Первый час курса состоял из объяснения, к кому следует обращаться "на ву", а к кому "на ту". Второй час был посвящен тому, с кем и как целоваться. Самое важное,  понял Антти, что женщин надо целовать со звучным причмокиванием, а мужчин - без него. Иначе подумают, что он гей.
Антти с первого дня твердо решил вообще ни с кем не целоваться. Он подумал, что очень важно поставить жесткий барьер с самого начала, потому что иначе один раз кого-нибудь поцелуешь, и будешь потом это делать всегда. Если к нему кто-нибудь лезет целоваться, Антти в ответ твердо протягивает руку для пожатия. Французы за это его недолюбливают.
Самому Антти в интернациональной фирме больше всего нравятся корейцы. Корейцы никогда не пытаются с ним целоваться. Корейцы, как ему кажется, очень во многом похожи на финнов. Вот например в Финляндии понадобился вам водопроводчик, что вы делаете? Открываете телефонную книгу, находите там ближайшего водопроводчика, звоните, договариваетесь, через два часа он приходит, еще через час все готово. Плату финский водопроводчик деньгами не берет, а говорит, что пришлет вам инвойс. Водопроводчик - инвойс!!! Кому - вам, незнакомому совсем человеку!!! Вот-вот, и я об этом. А в Корее, как удалось выяснить Антти, все точно так же.
Зато во Франции совсем по-другому. Во Франции, говорит Антти, водопроводчика удается заманить в дом не раньше, чем через 2 недели. И лучше вам на эти 2 недели взять отпуск, чтобы сподручнее было его ловить. Придет он только тогда, когда у вас уже на телефоне начнется истерика, и вас нужно будет спасать. Французы очень любят кого-нибудь спасать. Водопроводчик придет, если будет знать, что этим он вас спасет, а не просто выполнит какую-то работу.
Французы не только не умеют сказать "не" одним словом, они еще никогда не говорят "никогда". Вместо "никогда" французы говорят "обычно".
Если на вопрос "когда же наконец придет водопроводчик?!!!" вам отвечают что-нибудь вроде "ну, обычно это происходит..." - это означает, что водопроводчик не придет никогда.
Еще в фирме работает один иранец. Иранец, когда хочет сказать "никогда", не говорит "обычно". Иранец говорит: "Когда Аллаху будет угодно".
У Антти в отделе работает один кореец. Во время ланча все корейцы  собираются вместе, чтобы что-нибудь обсудить. Кореец, который работает с Антти, очень не любит эти встречи, потому что корейцы говорят строго в порядке служебной иерархии. Когда до него доходит очередь, ланч обычно заканчивается. Этот кореец недавно решил жениться, и по этому поводу купить себе большой "БМВ". Во время ланча остальные корейцы это обсудили и решили, что на той должности, какая у него, нужно купить маленький "Хундай". Его самого, как всегда, никто не спросил, потому что ланч кончился.
Кореец может курить только в обществе равных ему в иерархии. Поэтому кореец, который работает вместе с Антти, в присутствии других корейцев всегда прячет сигарету за спиной. А однажды, когда он курил на улице возле парковки, мимо проходил его самый главный корейский босс. Тогда кореец не просто спрятал сигарету за спину, а бросил ее в машину Антти. Этим, считает Антти, финны все-таки очень отличаются от корейцев. Потому что финн никогда не бросит сигарету в чужую машину.

Про финнов есть такой милый анекдот, почему они при всей своей мифологизированной медлительности так успешны в "формуле-1": они просто очень медленно нажимают на педаль тормоза.
А тут как-то они опять на каких-то гонках  всех оставили позади. Правда, не в "формуле", а в ралли, и победитель давал Би-би-си интервью на предмет, в чем же секрет финского успеха.
"Все очень просто,- сказал он.- Надо просто иметь легкую голову и тяжелые ноги".

В Наантали есть такой переулочек, выходишь по нему к морю из-за угла, и открывается вид на летнюю резиденцию президента Финляндии.
 Когда финны приводят в это место каких-нибудь своих иностранных гостей, они как правило произносят следующую фразу:
"А вот там на другом берегу - президентский дворец. Когда президент дома, над дворцом поднят флаг."
Я чувствую себя немного финном. Если ко мне в Наантали приезжают гости и я их вожу по городу, я тоже в этом месте произношу эти слова.
Таких мест, где множество людей произносит одну и ту же фразу, на Земле предостаточно. Одесситы будут с определенными словами ставить своих гостей на определенный люк, чтобы дюк им что-нибудь показал, и далее по списку.
Наантали же особенен тем, что здесь гостей насчет флага массово обманывают. А точнее, не договаривают. Флаг опускают не только, когда президента нет дома, но и когда президент спит.
Может, жителям маленького городка по другую сторону залива обидно, что бывает такое, что их любимый президент тоже иногда спит?
Лето северное короткое, президент проводит в летнем дворце в Культаранте отсилы пару месяцев в году, чего же он еще время тратит и спит?
 Со сном и представителями власти в городке вообще все не просто. Есть тут специальный местный праздник "уникекко" - "спящая голова", или просто "соня".
Праздник заключается в том, что в будний день в 6 часов утра группа активистов является без анонса домой к кому-нибудь из городского начальства, и если застает его спящим - вынимают из кроватки, несут к морю и бросают в надлежащую волну.
На набережной же в этот рассветный час народу скопленье, что не протолкнуться, выступает оркестр пожакников, бегают взад-вперед муммитролли, приплывает на катере президент Тарья Халонен, и царит всеощее ликование.
А чиновник, которого в море бросали,  должен потом еще весь день ходить пo городу в полосатой рубахе до колен и ночном колпаке.
Бросают же "уникекко" в море как раз в том самом месте, где в другие дни гостям города говорят ту саму полуправду про флаг и президента.

Матери моей приснился Обама.
Будто была она в каком-то месте со скромной обстановкой, на даче, что ли, которой у нее нет, и вдруг приходит этот самый Барак. Усталый такой, спрашивает:
- Можно у вас тут где-нибудь прилечь?
- Можно, конечно, - отвечает она, и показывает ему на укушетку. Он и прилег.

Мне же в свое время пару раз снился Путин. Об этом был написан маленький текст в газету "На дне", который я привожу ниже.
( Read more... )

Неаполь

- Буонджорно, никто тебя не беспокоит?
- В каком смысле?
- Ну, денег никто не требует, или еще чего-нибудь.
- Нет, никто, все в порядке.
- Хорошо.

Мимо проезжает некто на мотороллере, и как это очень принято в Неаполе, в метре передо мной останавливается с включенным двигателем в ожидании.
( Read more... )

Швейцария встретила достаточно враждебно. Сразу после пересечения границы оказался замурованным в поездном сортире. Это такой ультра-современный поезд, где ручек и защелок никаких нет, одни только сенсорные кнопки. И конечно, я расслабился и не заметил, что поезд не совсем швейцарский, а совместной итало-швейцарской компании "TILO" - Тичино-Ломбардийские железные дороги.
( Read more... )

У меня пониженная чувствительность к землетрясениям.
В тот день было их два, одно большое в Л'Аквиле, и поменьше в Равенне.
Я находился непосредственно в Равенне, и ничего не заметил.
Вечером я опоздал на поезд, на котором собирался возвращаться в Падую, и чуть не провел ночь на вокзале, еле-еле добрался до дома глубокой ночью на каких-то перекладных. Это и было все происшествие.
А утром получаю с десяток СМС из России с вопросом "как я там?"
Ничего не понимаю - стоит человеку всего-то навсего опоздать на поезд и ночью померзнуть пару часов на вокзале, и такой от этого общественный резонанс. И опять же, как это все узнали, что я позорно опоздал на поезд? Или стоит человеку один вечер не появиться в Скайпе, и уже все думают, что он умер?
Только когда прочитал новости, начало что-то проясняться. Вспомнил, что еще в том ночном поезде, напротив сидели шумные девицы, и они тоже всю дорогу получали сообщения с вопросом "как они там". И тоже не могли понять, что происходит.
Похоже, не у меня одного пониженная чувствительность к землетрясениям.

Пересадки в Местре себя окончательно исчерпали, и я все-таки доехал до Венеции. Ощущения примерно как у человека, который много лет везде ездил на машине, а потом однажды ему таки пришлось спуститься в метро.
Я был в Венеции однажды 10 лет назад, и по моему, народу стало еще больше. Мост Риальто очень напоминает станцию метро Василеостровская в час пик. Переходил через него минут пять, иной раз помогая себе локтями. И это, надо отменить, будний день в начале апреля. Отнюдь не сезон.
Наверно, можно как-нибудь приспособиться. Тут же тоже люди живут, ходят разными потайными подворотнями. Но как про все эти подворотни проведать?
С теми же малыми знаниями, которыми я на данный момент обладаю, могу сказать: в Венеции надо неперменно избегать следования желтым указателям. То есть, если видишь желтую табличку "Риальто туда", надо идти в какую-нибудь другую сторону, даже если очень хочется на этот Риальто посмотреть. Все равно когда-нибудь дорога к Риальто выведет, город-то на острове сравнительно небольшом, но зато сразу не затопчут.
Еще в Венеции очень полезно заняться поисками чего-нибудь самого обычного, не венецианского. Зубной пасты, например. Зубной пасты, может, найти и не удастся, но зато повстречается много всякого другого интересного, зачастую в 50 метрах от тропы с желтыми табличками.
Я например, искал отделение полиции по адресу Дорсодуро 3687. Вычитал на сайте венецианской полиции, что именно в этом отделении выдаются разрешения на всякую деятельность в историческом центре, нашел на гугловских картах эту улицу и этот дом.
На местности все равно пришлось искать часа два.
Не обращаясь к источникам, безуспешно пытаюсь осмыслить, с какой целью придумана эта система нумерации домов - не по улицам, а по кварталам, и единая по всему городу, а не в пределах улицы. То есть, дом 3685, за ним 3686, а потом перекресток, и за ним уже - 3721. И куда надо заворачивать, чтобы найти 3687, никто тебе не скажет.
Нашел - для того, чтобы узнать, что выдают эти разрешения в доме номер 4023, на другом конце города, в сестьере Сан Марко. Этот дом мне обнаружить так и не удалось. Ничего, куплю когда-нибудь навигатор. Но хоть насмотрелся разных закоулков и тупичков, да злачных харчевен, в которых можно слышать настоящий венецианский диалект.
Больше всего понравились молдаване-гастарбайтеры, приплывшие совершать какой-то ремонт в такой специальной строительной гондоле...
Ради психотерапии вечерком отправился в свой любимый Тревизо, игрушечный городок всего в 20 минутах езды от Венеции. Там тоже много каналов, только не затхлых, как в Венеции, а журчащих таких, свежих. Тишина, как в Швеции. И местные негры не продают на углах контрабанду и не бегают от полиции, а чинно пьют в городском саду пиво и говорят по-французски.

Продолжаю манкировать Венецию. Хотя это все сложнее, поскольку место пребывания - Падуя, а это считай венецианская Гатчина.
Но таки вышел сегодня из поезда в Местре, сел на другой, и оказался в Триесте.
Падоване (падуване, падованцы, как бы их по-русски назвать) к Триесту относятся очень настороженно. Говорят, что там все время такой страшный ветер, что на улицах для пешеходов преусмотрены канаты, за которые надо держаться, чтобы не сдуло.
Канатов не видел, но ветер действительно страшный, а город совершенно неожиданный. Главная площадь - помпезное такое барокко с трех сторон, а с четвертой стороны - море. Вычурность как в Мариинском театре, а где море - там сцена. Если встать в глубине зала, передний край площади видится как раз на уровне горизонта, и проплывающие во множестве вдоль берега большие корабли выглядят, как театральные декорации, будто на занавесе нарисованные. Зрелище удивительно странное.
В Триесте я познакомился с негритянской женщиной. Она сама ко мне подошла, и сказала, что я похож на человека, который ищет место, где бы ему поиграть музыку. И что она может показать мне такое место.
Негритянская женщина показала мне место, где позавчера играли музыку румыны, по дороге рассказав, что она и сама бы с удовольствием играла музыку, но не может, потому что она мать. И по этой же причине она не может вернуться домой в Бразилию, потому что она должна быть рядом со своим сыном, который живет в Хорватии.
Место же она мне показала, сказала негритянская бразильская женщина, потому что ей очень хочется послушать музыку. Сказав это, она ушла. Наверно, к сыну в Хорватию.
Хорватия тут конечно рядом, но неужели так все запутано?

Оставлен один дома на неделю в городе Падуя в провинции Венето.
Кот по имени Ольга Чикова отнесен на жительство к матери хозяйки дома, которая живет этажом ниже. Взамен мне принесен компьютер далла мамма.
Кота зовут Ольга, потому что хозяйка его русистка, а Чикова происходит от итальянской поговорки - Че иль гатто чи кова - есть тут кот, который строит козни. И это вот "строит козни" звучит как русская фамилия. Вот такие дела. Русское слово "коварство" - явно однокоренное.
В сущности, добрую половину времени своих скитаний последние годы провожу я оставленным один дома. Мир полон огромных, прекрасных пустующих квартир. Хожу я тенью отца Гамлета по этим двум этажам, и только эхо отзывается по привычке расплывчатым "мяу".
Может быть, для того, чтобы узнать, где находятся эти огромные пустые квартиры во множестве городов, нужно было проспать пару лет под мостами, в разных кустах и на автомобильных свалках? Если так, так это я сделал в полной мере. А может быть, это просто удача.
Обычно, когда у человека появляется то, чего у многих других нет и в помине, ему кажется, что он этого заслужил. Другим же, у которых оно не появляется, напротив кажется, что им просто не повезло.
И никакой возможности проверить.
Дядя Паоло, дедушка хозяйки, был официальным падованским скульптором во времена фашизма. То, что стоит дома - наверно, он делал "для души" Прямо передо мной - с античной натуралистичностью выполненная голая тетка в натуральную величину - не только без рук, как известная Венера, но и без ног. Возможно, дядя Паоло полагал, что главное в Венере - ее безрукость. А не только без рук, но еще и без ног - это значит, еще лучше. А может, у него просто мрамора мало было.
А может, от него настоящая тетка с ногами ушла - и сделал он себе каменную безногую. Никак теперь этого не узнать.

Добрался я до города Больцано, где голые деревья покрыты сплошь ярчайшими цветами.

Со свойственным мне максимализмом и любовью делить тысячу вещей на две группы я размышлял, на какие бы две группы разделить разные города.

Первое, что пришло в голову - в городах первой группы если надо оставить ключ от входной двери, его традиционно кладут под коврик возле этой самой двери. А в городах второй группы, стало быть - не кладут.
Довольно быстро черно-белая картина поделенных городов начала разваливаться. Там, где ключ кладут под коврик - все ясно, и большая часть городов центральной и северной Европы в эту группу входит. А вот там, где не кладут - делают это очень даже по-разному. Во многих городах принято ключ класть в почтовый ящик. Но в неменьшем количестве городов ключ, оставленный в почтовом ящике, представляется таким же легкомыслием, как и ключ под ковриком у двери. Ну а дальше разнообразие только нарастает. Как маскирует запасной ключ у себя во дворе туринец Джанни, это я словами описать не могу, необходим видеоряд.

И надо еще отдельно рассказывать про швейцарцев, у которых довольно распространен обычай на ключи вешать бирку с адресом - чтобы, стало быть, принесли в случае утраты.
То есть, у швейцарцев дверь с ключом - это не средство защиты, а что-то вроде занавески в примерочной кабине одежного магазина.

( Read more... )

Когда я был маленьким, я очень любил ездить с папой зимой на рыбалку. Мы всегда долго шли по льду на другой берег озера.Посреди озера нам встречались рыбаки, которые шли нам яавстречу. Они тоже шли на другой берег, просто с другой стороны.
Я бы не сказал, что пословица "без труда не выловишь и рыбки из пруда" совершенно не верна. Но есть разница между трудом и трудозатратами.
Западная Финляндин вдруг наполнилась румынскими гармонистами. В Турку уже сложно найти угол, свободный от румынского гармониста. Румыны, должно быть, как рыбаки полагают, что на другом берегу Балтийского моря клюет лучше и больше. Им не ведомо, что в Финляндии только что закончился "двадцатилетник русской гармонической культуры", и что гармонь запросто может вызывать у жителя Турку реакцию, какая была у доктора Геббельса на слово "культура".
Между тем, гораздо ближе к Румынии сохранились города, в которых живут просто с культурной точки зрения непуганные люди.Где все осталось, как было двадцать лет назад, когда бродячие деятели культуры не сидели на каждом углу и были они преимущесвтвенно - страх сказать - ирландцами... И существуют эти населенные пункты не где-нибудь в Гиперборее, а вполне себе в Верхней Баварии, буквально в получасе езды от Мюнхена. Фрайзинг, Вассербург, Мюльдорф...

ну вот, добрался я до холодного города хельсинки, который завтра же собираюсь покидать.
На границе обыскивали по полной программе- я тайно желал, чтобы таможенник захотел поискать наркотики в тюбике с супермоментом.
перчатки-то у него есть, а вот противогаза - нет. Ничего не получилось. Наверно, у него уже раньше охоту отбили в тюбиках искать.
узнал про влияние рецессии на бродячих артистов - вместо денюх начинают забрасывать любовными письмами.
Это хорошо. Жалко, железная дорога их к оплате не принимает.

Прочитал на ИноСМИ статью:
"Олег Дерипаска: человек, потерявший 25 миллиардов долларов" ("Le Point", Франция)
Там есть интервью, взятое у его домработницы. Вера рассказывает про олигарха, как про волшебника - прилетит, голубчик, на вертолете, и сразу работать, а как поработает, так и обратно улетит.
Только вот недавно Дерипаска уволил Веру. "Кризис",- сказал он. Вера надеется, что когда кризис кончится, он возьмет ее обратно.
Про разоряющихся олигархов вообще много пишут, и как-то все больше - безо всякого сожаления о том, что они потеряли свои великие тыщи. Может, одна только Вера и сожалеет. И то только потому, что он к ней на Вы обращался.
В общем, мне даже обидно стало за олигархов. Так вот их просто, государственной метлой и на свалку истории? А в народе одно только злорадство на смену зависти?
И вот с такими мыслями зашел я в магазин, и в магазине случилось мне возрадоваться. Потому что увидел я там вот что:



Пиво "Олигарх светлое" варят в городе Рыбинске. Оно дешевое и на вкус очень даже ничего. И главное, что есть в нем доброта. Что в эти трудные для олигархов дни пиво "Олигарх" - светлое, а не какое-нибудь мутное нефильтрованное. Что разливают его в почти забытые советские "евробутылки", в Европе неведомые. И конечно, цена радует. Годен "Олигарх" 90 дней. Светлого пива тебе, друг-олигарх...